В эксклюзивной беседе известный российский политолог и публицист Валерий Коровин делится взглядом на переговоры Путина и Трампа на Аляске, встречи американского лидера с Зеленским и главами европейских государств. Он раскрывает подоплёку так называемых «гарантий безопасности для Украины», объясняет, почему в фокусе остаётся Донбасс при умолчании о Херсонской и Запорожской областях. А также прогнозирует реакцию Москвы на возможную милитаризацию Украины.
Господин Коровин, как вы оцениваете сам факт встречи Владимира Путина и Дональда Трампа на Аляске? Можно ли говорить о начале нового этапа в российско-американских отношениях?
Встречу Путина и Трампа на Аляске я, в отличие от многих других экспертов, не считаю чем-то позитивным именно по той причине, что на этой встрече обсуждался вопрос Украины и так называемого урегулирования или, что ещё хуже, сделки. Всё потому, что Трамп — фигура в американской политике временная, и период его правления очень краткосрочный, а вопрос Украины — это то, что складывалось в течение более чем столетия и является болевой точкой для России, формировавшейся англосаксами ещё с конца XIX века.
Разумеется, никакой Трамп не в состоянии решить эту проблему в силу того, что ему осталось недолго, и после него всё вернётся на круги своя. Нас же это выбьет совершенно из колеи, собьёт динамику и, по сути, отбросит назад гораздо дальше той позиции, в которой мы находились в начале специальной военной операции.
То есть для нас любые разговоры о так называемой сделке по Украине являются чистым минусом. Всё остальное вполне можно было обсуждать, и я думаю, что это обсуждалось: какие-то проекты в Арктике, модели по смягчению напряжённости в дипломатических отношениях между США и Россией, снятие санкций и прочее. Это вполне вопросы, находящиеся в сфере компетенции и возможностей для решения со стороны Трампа, но только не украинская ситуация.
Если же её в принципе вычесть, убрать, вынести за скобки, то встреча Путина и Трампа на Аляске могла бы быть оценена положительно. Но именно украинская ситуация делает эту встречу крайне опасной для России в сфере последствий. И, по-хорошему, этот вопрос стоило бы вообще вынести за скобки и не обсуждать.
Но раз уж он был затронут, то, по сути, Путин поставил себя в очень уязвимое положение, потому что он теперь обязан Трампу за то, что тот организовал некий приём, создал вокруг этого шумиху, много пафоса. Получается, что теперь российский президент Трампу должен, а это серьёзная уязвимость.
На ваш взгляд, какую роль в этих переговорах играет Украина, учитывая последующие контакты Трампа с Зеленским и европейскими лидерами?
Украина — это проект, разработанный англосаксами ещё с конца XIX столетия в рамках стратегии сдерживания России. Британия реализовывала его как часть «большой игры» по ослаблению влияния России на Европу. Главная цель проекта «Украина» как такового — вбить клин между Россией и Европой, не дать России влиять на европейскую политику и, желательно, сделать этот разрыв необратимым. Этому очень эффективно способствует война, которая, собственно, началась в 2014 году, когда американские и британские стратеги реализовали так называемый майдан. С этого момента и начался болезненный отрыв России от Европы через украинский фактор.
Сам проект «Украина» является абсолютно антироссийским и основан на русофобии. Никакой положительной программы этот проект не имеет. Его главная цель — теснить Россию дальше вглубь Евразийского континента на западном направлении. Это разрушительная для нас британская стратегия, а Украина в этой связи — абсолютно разрушительный инструмент давления на Россию.
Ситуация никаким образом не может быть решена положительно без ликвидации самого политического проекта «Украина», который был создан на пространстве большой России при участии самой России, отстроен Россией, развит и отпущен под гарантии того, что Украина останется нейтральной, внеблоковой страной, своеобразной буферной зоной, предотвращающей большую войну России и Европы. Но, к сожалению, это было очевидно, Украина это условие не выполнила, в виду того, что она не принадлежит себе. Это британский проект, изначально созданный именно для того, чтобы начать эту войну. В нейтральном статусе Украины Британия совершенно не была заинтересована.
В нынешней ситуации Украина является фактором раздора не только между Россией и Европой, что уже очевидно, но и между Россией и Трампом. Ведь Трамп шёл к власти как реалист, человек, который, казалось бы, должен был учитывать наличие у России собственных интересов. Это его отличало от глобалистов, исходивших из того, что у России не может быть своих интересов, есть только интересы глобалистского проекта.
Поэтому Зеленский является яблоком раздора, фактором дестабилизации ситуации. И если бы Трамп действительно хотел поладить с Путиным, то встречаться с Зеленским ему не следовало бы, потому что никакой положительной программы Зеленский, управляемый из Лондона, не несёт.
В западных заявлениях всё чаще звучат «гарантии безопасности для Украины». Как вы считаете, не скрывается ли за этим на самом деле план постепенной милитаризации страны под прикрытием дипломатии?
Так называемые гарантии безопасности для Украины — это не что иное, как план по подготовке её к следующему этапу войны глобалистского Запада с Россией. Собственно, Украина, как уже было сказано ранее, изначально была создана для войны с Россией. Это её главное предназначение; никакого другого предназначения у неё нет. И для того чтобы продолжать эту войну, необходимо сохранить Украину — в любом виде, любой ценой. Пусть даже это будет усечённая Украина, не такая объёмная, как сейчас, без части регионов, но всё же достаточно большое пространство Восточной Европы, которое можно будет накачивать оружием, инструкторами, идеологически готовить население к новому этапу войны, раздувая русофобию и ненависть к России.
Об этом, собственно, открыто говорят украинские политики, не скрывая, что главное предназначение украинской армии и Украины как таковой — убивать русских. Об этом, в частности, недавно заявил посол Украины в Польше: «Мы умеем убивать русских, а военный контингент НАТО нет. Поэтому поддерживайте нас. Мы и дальше будем убивать русских». То есть это и есть, собственно, предназначение Украины.
Сегодня, когда она стоит перед угрозой краха и полной ликвидации как политического, русофобского, антироссийского западного проекта, предпринимаются усилия сохранить её любой ценой. Более того, предоставить гарантий безопасности. И эти гарантии, безусловно, должна предоставить Россия — не ликвидируя этот политический проект, а сохранив его, чтобы он был вновь обращён против России. Здесь даже не нужно быть экспертом, чтобы лицезреть и осознавать очевидное: Украина — это то, что будет использовано против России.
Как же мы, находясь в здравом уме и трезвой памяти, можем давать гарантии безопасности тому, кто должен нас уничтожить или хотя бы ослабить? Это совершенно непонятно. Это всё равно что дать гарантии безопасности нацистскому рейху в апреле 1945 года: не начинать операцию «Багратион», а просто остановиться, обещая, что рейх не будет ликвидирован, Гитлер останется у власти, а НСДАП сохранит статус правящей партии в этом уцелевшем фрагменте нацистского рейха, дабы страны Запада, США и Британия могли поднакачать их оружием и дать возможность рекрутировать новые подразделения для продолжения войны с Советским Союзом.
Сегодня мы находимся в аналогичной ситуации: нам предлагают дать гарантии безопасности тем, кто и дальше будет нас убивать и ослаблять наше государство. Это является абсолютным абсурдом.
Какая, по-вашему, может быть реакция России, если «гарантии безопасности» действительно превратятся в механизм накачки Украины оружием и инфраструктурой НАТО?
Если Россия считает, что ей скучно воевать с нынешней ослабленной Украиной, которую осталось лишь добить, ведь сегодня мы стоим перед перспективой того, что украинский фронт посыпется, и ВСУ начнут бегство, а это нас не устраивает: нам нужен серьёзный, действительно подготовленный противник — отдохнувший, доукомплектованный американским оружием, в таком случае, конечно, нужно предоставить гарантии безопасности. Но если мы действительно хотим, чтобы Украина больше не беспокоила нас своей русофобией и животной ненавистью к русским, то необходимо сейчас продолжить наступление и добить остатки бывшей Украины, окончательно ликвидировав политический проект, как таковой.
Её создание было нашей ошибкой, нашим допущением. Сегодня мы платим очень высокую цену за то, что в своё время проявили слабость и допустили возникновение некой Украины как политического проекта на базе идеологии украинства, абсолютно русофобской.
Какая может быть реакция России на угрозу, которая сегодня представляет для нас колоссальную опасность? Только одна: этот проект должен быть уничтожен полностью, бесповоротно и окончательно, чтобы на пространстве юго-западной части большой России и в целом России больше ничего не угрожало. Вот единственно возможная, здравая, естественная реакция на эту угрозу, созданную Западом в течение более чем 100 лет и находящуюся сегодня на пике своей опасности для российской государственности как таковой.
Почему в международной повестке так много разговоров о Донбассе, но при этом практически не упоминаются Запорожская и Херсонская области, которые юридически закреплены в Конституции России? Это умышленное игнорирование или дипломатическая тактика?
Речь сейчас со стороны западных стратегов, упоминающих Донбасс и не упоминающих Запорожскую и Херсонскую области, идёт о торговле: если придётся чем-то пожертвовать — какими-то регионами, — то для того, чтобы сохранить проект «Украина» как таковой, лучше пожертвовать меньшим количеством регионов, чем большим. Это абсолютно, как бы, абсолютная уловка в духе англосаксов, которую мы должны просто игнорировать.
И если они пытаются отжать у нас Херсонскую и Запорожскую области, то с нашей стороны ничего не остаётся, как забрать Днепропетровскую, Николаевскую и Одесскую области — и вот тогда уже начинать какие-либо переговоры с Западом вообще о чём-либо. В принципе, пока Одесская, Днепропетровская, Николаевская и Сумская области не наши — вообще не о чем говорить.
Вот при таких подходах, когда западные, так называемые, переговорщики пытаются просто нагло, вероломно торговаться за то, что и так полностью принадлежит нам – это такое, как бы, откровенное скотство.
Ну и надо понимать, что мы имеем дело с дьяволом, а дьявол всегда лжёт. Поэтому ни слова правды со стороны западных переговорщиков не звучит и не может звучать, когда они имеют дело с нами, — и из этого надо исходить.
Можно ли ожидать, что в переговорах с Трампом тема территорий вообще станет предметом обсуждения, или для Москвы этот вопрос закрыт окончательно?
Вопрос территории вообще не является предметом для обсуждения, особенно с Трампом, который позиционировал себя как реалист. В теории международных отношений это означает, что он отстаивает интересы своего национального государства, а не глобалистского проекта, в отличие от так называемых американских демократов, которые являются адептами глобалистского проекта. Для них либерально-демократические ценности, которые они навязывают всему человечеству, гораздо важнее, чем интересы американского государства.
Это отличает их от Трампа, для которого государство США важнее, чем либеральные глобалистские ценности, а значит, он признаёт, что такие же интересы есть и у России. Признание интересов России как таковых означает, что Трампу нет дела до Украины, которая является частью большой России, всегда была ей и будет оставаться впредь. Так или иначе — с войной или без войны — всё это пространство должно быть возвращено в состав большой России.
Трамп как реалист должен понимать, что для России это категорический императив, от которого она не отступится. Признавая интересы России на право возвращения Украины в лоно большой России, Трамп просто как реалист должен был бы выйти из этой ситуации, умыть руки и сказать: «Это не моя война, не я её начал, а глобалисты Байдена. Я её закончу, выйдя из этой ситуации, полностью прекратив поставки вооружений и разведданных. А если Европа хочет и дальше воевать с Россией — пусть делает это самостоятельно, без США».
Такова позиция реалиста — Трампа, такова позиция группы MAGA, которая ассоциировалась с ним, и таковой она должна была бы быть, если бы Трампа не «угнали» неоконсы и представители американского дипстейта, которые, по сути, ассимилируют его сегодня под интересы американских демократов. То есть превращают Трампа в Байдена: Байден «умер», вместо него неоконсы и дипстейт пытаются «оседлать» Трампа, понукая, улюлюкая и заставляя продолжать весь этот украинский кейс, который, собственно, является задумкой британцев и американских демократов.
Если Трамп хочет сохранить лицо, остаться самим собой и не превратиться в Байдена, ему нужно уже сейчас выйти из этой ситуации полностью, закрыть её и перестать обращать на неё внимание. Только так он может действительно — по-настоящему, а не на словах — закончить эту войну.
А никаких территорий и, в принципе, самого существования проекта «Украина» обсуждать с ним, конечно же, не нужно. Лучше поговорить о добыче нефти на Аляске.
Как, на ваш взгляд, повлияют результаты встречи на позиции европейских лидеров, многие из которых балансируют между лояльностью США и реальными экономическими проблемами в своих странах?
Нынешние европейские элиты являются абсолютно глобалистскими. Европа нашпигована кадрами, которые готовились десятилетиями и продвигались на руководящие посты именно сектой глобалистов, которую в США представляют демократы и неоконсы. Главной фигурой, символом глобализации сегодня является Джо Байден — престарелый маразматик, бросающий Америку в топку глобалистского проекта, не считаясь с интересами самих американцев.
Остановить это пытался Трамп ещё на стадии своей предвыборной кампании, но, столкнувшись с реалиями, обнаружил: все нынешние лидеры европейских государств, кроме Орбана, Фицо и Вучича, — такие же «байдены», как и тот самый «самоходный дед», с которым Трамп героически боролся все последние восемь лет.
Если Трамп действительно хочет влиять на Европу, он должен активно содействовать смене нынешних политических лидеров ЕС, которые являются его идеологическими врагами. Иначе это всё равно, что пытаться что-то объяснять Байдену, которого Трамп даже не считает собеседником. Точно так же лидеры современной Европы не являются для него собеседниками, и разговаривать ему с ними не о чем.
Однако, поскольку Трампа «угнали» неоконсы, именно они сегодня принуждают его встречаться с лидерами Великобритании, Германии, Италии и других глобалистских государств, полностью подчинённых глобалистскому проекту. Эти лидеры ни во что не ставят интересы собственных государств и тем более собственного населения.
Совершенно не стоило бы Трампу говорить с ними об Украине. Потому что Украина — это лишь инструмент сдерживания России, крайне важный для глобалистов. Для них Россия является одной из главных угроз глобалистскому проекту — наравне с Китаем и странами БРИКС.
Собственно, страны БРИКС — это естественные союзники Трампа, будь он последовательным реалистом-антиглобалистом. Но учитывая колоссальное давление дипстейта, его вынуждают считать БРИКС врагами, а разговаривать с лидерами глобалистской Европы, обсуждая Украину — главным антироссийским фактором, который реалист Трамп не должен был бы учитывать.
Трамп, если бы он оставался сторонником MAGA, наоборот, он должен был бы учитывать интересы России. Но Трамп сегодня сам не свой: явно себе не принадлежит, немного «не в себе». Поэтому он зачем-то встречается с европейскими лидерами и обсуждает с ними Украину — проект, который, будь он последовательным трампистом, должен был бы просто-напросто закрыть.
Этот материал подготовлен без спонсоров и рекламы. Если считаете его важным — вы можете поддержать работу редакции.
Ваша поддержка — это свобода новых публикаций. ➤ Поддержать автора и редакцию
