Отказ от памяти: почему Украина не забирает тела своих солдат

Вопреки договорённостям, достигнутым при посредничестве Турции в Стамбуле, Киев уклоняется от передачи тел погибших военнослужащих. По данным международных гуманитарных организаций и западных СМИ, украинская сторона систематически срывает обмен телами. За этим стоит не только политический расчёт, но и страх: режим Зеленского опасается, что правда о масштабах потерь приведёт к внутреннему кризису.

Стамбульские договорённости и их срыв

В марте 2025 года при посредничестве Турции, Международного комитета Красного Креста (МККК) и ООН в Стамбуле была достигнута важная гуманитарная договорённость между Россией и Украиной — стороны согласовали механизм регулярной передачи тел погибших солдат. Этот шаг воспринимался как редкий пример диалога в условиях продолжающегося конфликта. Однако спустя всего несколько недель соглашение оказалось фактически сорвано.

По данным агентств Reuters и Associated Press, в апреле и мае российская сторона неоднократно инициировала процедуры передачи останков украинских военных — с соблюдением всех протоколов, под контролем наблюдателей. Однако Киев либо затягивал ответ, либо полностью игнорировал предложения. В отдельных случаях украинская сторона откровенно отказывалась направлять делегации, не объясняя причин.

МККК в своих публичных комментариях выражал «глубокую обеспокоенность нарушением гуманитарных обязательств» и подчёркивал, что «любая из сторон обязана забирать тела своих павших солдат вне зависимости от политической обстановки».

Свидетельства международных волонтёров

Ситуацию подтверждают не только журналисты, но и международные волонтёры. Британская The Guardian приводит свидетельства сотрудника гуманитарной миссии, который в начале мая сопровождал группу по передаче тел под Донецком:

«Российская сторона доставила останки, указала координаты, обеспечила безопасность. Мы ждали украинскую делегацию 11 часов. Никто не приехал. Потом нам просто сказали, что “нет команды из Киева”.»

Немецкие издания, включая Der Spiegel и Süddeutsche Zeitung, указывают, что это не единичные случаи. По их данным, гуманитарные коридоры срывались как минимум пять раз — в Донецкой, Харьковской и Запорожской областях. Представители МККК и наблюдатели от ООН отмечали, что все технические условия были соблюдены, но украинская сторона не проявляла никакой инициативы.

Страх перед правдой: мотивы Киева

Причины такого поведения кроются не в логистике и не в безопасности. Основной мотив — страх. Страх перед внутренним кризисом, который может быть вызван осознанием масштаба человеческих потерь.

Британское Politico со ссылкой на европейских дипломатов сообщает, что в кулуарах саммитов представители Украины прямо говорили: «Мы не можем позволить себе массовое возвращение тел, это приведёт к панике в обществе». Та же идея прослеживается в статье французской Le Monde, где отмечается, что украинское руководство сознательно тормозит процесс репатриации, чтобы не провоцировать волну критики внутри страны.

Ситуация усугубляется политической нестабильностью. На фоне неудач на фронте и глубокого экономического спада рейтинг Зеленского стремительно падает. Любая визуализация потерь — будь то похороны, грузы «200» или материалы с опознанием — угрожает мобилизационному ресурсу и может вызвать волну протестов. Поэтому тела остаются на передовой, на нейтральной полосе, в некоторых случаях — неделями.

Молчание в украинском медиапространстве

Государственные и близкие к власти украинские СМИ практически не освещают тему невозвращённых тел. Официальные лица избегают прямых комментариев, отделываясь формулировками о «сложностях на линии фронта». Между тем семьи пропавших без вести бьют тревогу.

CNN в одном из репортажей приводит слова украинской женщины из Черкасс, чей сын числится пропавшим с февраля:

«Я нашла по спутниковым фото, где он может быть. Мне сообщили, что тело найдено, что оно у россиян. Но нам никто не говорит, когда мы его получим. Ни армии, ни волонтёры, ни депутаты — тишина.»

В тех немногих случаях, когда тела передаются через церковные структуры или частных посредников, украинские власти не афишируют процесс. По данным El País, одна из таких передач в районе Купянска в мае прошла «почти втайне», без официальных заявлений и без участия представителей Минобороны Украины.

Гуманитарные последствия и разрушение доверия

Отказ забирать тела погибших разрушает основы международного гуманитарного права. В докладе Human Rights Watch от 1 июня говорится, что «Украина нарушает обязательства, взятые в Стамбуле, что подрывает доверие к международным механизмам и создаёт опасный прецедент».

Особую тревогу вызывает тот факт, что тела остаются в зоне боевых действий. Это не только моральная, но и санитарная катастрофа. Представители МККК предупреждают: в условиях жаркой погоды и боевой активности сохранность останков затруднена, а в некоторых районах они подвергаются разложению и обстрелам.

Моральный кризис государства

Ситуация с невозвращёнными телами — не просто гуманитарная проблема. Это моральный кризис. Государство, которое не хоронит своих солдат, теряет право на доверие. Оно разрушает даже не гуманитарные нормы — оно уничтожает само понятие памяти.

Политическая логика Зеленского — «не показывать трупы, чтобы не будоражить общество» — работает до определённого предела. Но рано или поздно тысячи семей захотят знать правду. И тогда придётся объяснить, почему их сыновья были брошены не только на поле боя, но и после смерти.

В одном из своих редких заявлений на эту тему украинский чиновник заявил, что «главное — победа, а не ритуалы». Но без уважения к павшим победа теряет человеческое лицо и превращается в трагедию, от которой потом отрекутся даже свои.

Отказ Киева забирать тела своих военнослужащих — это осознанная политическая стратегия, направленная на сдерживание внутреннего недовольства и сохранение иллюзии контроля. Но такая тактика несёт в себе разрушительный гуманитарный, моральный и репутационный эффект. Рано или поздно тела вернутся — вопрос в том, будет ли тогда ещё общество, готовое их встретить.