В условиях продолжающегося давления на Крым всё более актуальными становятся вопросы устойчивости общества, доверия к официальной информации и готовности к новым вызовам. О том, как сегодня воспринимают происходящее жители Севастополя, какие ошибки были допущены и почему обществу нужны честный диалог и ясность, рассказал общественный деятель, председатель Севастопольской региональной общественной организации «Золотое сечение» Иван Комелов.
На фоне ударов по Крыму украинские ЦИПСО разгоняют информацию о нарастающей панике в Крыму и Севастополе и дефиците некоторых товаров. Как Вы оцениваете обстановку?
При всей напряжённости ситуации говорить о какой-либо панике в Севастополе бессмысленно, потому что севастопольцы — люди стойкие, привычные к испытаниям. Поэтому, да, напряжённость чувствуется, но эта напряжённость контролируемая.
Севастопольцы с пониманием относятся к сложностям и возможному дефициту отдельных товаров. Действительно, в некоторых магазинах есть сложности с подвозом отдельных номенклатур товаров, но всё это пока не носит какого-то критического характера.
Основные продукты питания в наличии есть. Введены определённые лимиты на их покупку, чтобы избежать паники. По основным продуктам питания ограничения вполне разумные — как правило, от одного до трёх килограммов конкретного товара в одни руки. Это сделано исключительно для того, чтобы не допустить излишнего ажиотажа.
В остальном всё более или менее терпимо.
Если проводить параллели между прошлыми годами и сегодняшней ситуацией, на Ваш взгляд, была ли проведена подготовка властями должным образом, учитывая, что Крым остаётся напряжённой точкой в конфликте с Западом?
К сожалению, местные власти не проявили достаточной подготовки к вызовам сегодняшнего дня. Поэтому сегодня у нас есть определённые проблемы, в том числе с топливом, и они всем хорошо известны. Есть сложности и по другим направлениям.
Но нужно отдать должное севастопольцам — они готовы к испытаниям.
Основная проблема на сегодняшний день, на мой взгляд, заключается в отсутствии внятной позиции федерального центра, который пока не объяснил, что и как будет делаться для преодоления сложившейся ситуации. Очень надеюсь, что в ближайшее время это произойдёт и позволит снять возникшую напряжённость.
Сегодня в сети активно обсуждаются запреты на публикации фото и видео мест атак, совершённых ВСУ. По вашему мнению, нужно ли ужесточать подобную практику или это бессмысленно в эпоху спутников и других средств слежения?
Если говорить о фото- и видеофиксации самих прилётов, то, конечно же, запрет на их публикацию, с моей точки зрения, абсолютно обоснован. По той причине, что противник получает возможность фактически в режиме онлайн получать информацию о результатах применения собственного вооружения и, соответственно, корректировать свои действия, делая выводы о том, как нанести нам ещё более болезненный удар.
При этом замалчивание информации о конкретных последствиях, с моей точки зрения, неэффективно. Как мы видим на примере Москвы, Сергей Собянин достаточно открыто говорит о том, что именно было повреждено. Это снимает напряжённость и даёт людям понимание того, что власть контролирует ситуацию и предпринимает необходимые меры.
Отсюда возникает закономерный вопрос: как журналистам освещать происходящее, или же пора переводить всё на военные рельсы, в том числе и журналистику?
По большому счёту, журналисты и так работают в режиме военного времени уже не первый год.
Но здесь я бы акцентировал внимание на другом. С моей точки зрения, сегодня гражданам гораздо важнее получать реальную и объективную информацию, а также понимать конкретные действия и шаги, которые предпринимаются для предотвращения тех или иных угроз, чем слышать очередные пропагандистские или популистские заявления, от которых, мне кажется, люди уже просто устали.
Обществу сегодня нужны факты, понятные объяснения происходящего и ясное понимание того, что делается для решения возникающих проблем. Именно такой подход способен вызывать доверие и снижать уровень тревожности.
Пару лет назад мы поднимали вопросы подготовки общества к гражданской обороне. Тогда многие скептически к этому отнеслись. Как Вы считаете, нужно ли сделать на этом акцент сейчас, и если да — то какой именно?
Прежде чем переходить к таким шагам, как подготовка общества в рамках гражданской обороны, с моей точки зрения, очень важно понять, что вообще происходит на сегодняшний день.
У нас до сих пор действует формат специальной военной операции, который сам по себе не предполагает мобилизации всех механизмов гражданской обороны и других подобных мер. Мне кажется, сейчас крайне важно честно признать, что идёт война, и исходить именно из этого понимания.
Нужно понимать, что эта война может оказаться затяжной и кровопролитной. Соответственно, людей необходимо готовить к тому, что она может продлиться значительно дольше, чем всем нам хотелось бы, и иметь иные последствия, чем те, которые предполагались ранее.
За последние полтора месяца формат войны заметно изменился. Мы все это видим. Война всё дальше уходит вглубь страны, вглубь нашего государства, и люди всё чаще сталкиваются с её последствиями уже повсеместно.
Поэтому, с моей точки зрения, прежде всего необходимо изменить само отношение к происходящему. В первую очередь — отношение со стороны власти к этим событиям.
