Сегодня общество ищет верные формулы того, как достойно признать заслуги ветеранов и одновременно выстроить эффективную систему их интеграции в гражданскую жизнь. Руководитель центра военно-патриотического воспитания «Вершина» и участник СВО Иван Бондюков раскрывает принципиальную разницу между стихийным становлением ветеранского движения афганцев и системной работой с ветеранами СВО. Он делится мнением о том, как найти баланс между уважением к боевому опыту и объективной оценкой управленческих компетенций, а также отвечает на вопрос, способна ли фронтовая привычка к быстрым решениям повлиять на бюрократическую систему.
Ветеранское движение афганцев формировалось годами, снизу, во многом стихийно. Для ветеранов СВО государство создаёт инфраструктуру с нуля и в очень сжатые сроки. В чём Вы видите принципиальную разницу этих двух моделей? И какой опыт афганского движения удалось, на Ваш взгляд, учесть, а какие важные уроки могли остаться за рамками?
Главная трагедия «афганцев» заключалась в формуле «я тебя туда не посылал», с которой они сталкивались в чиновничьих кабинетах. Сегодня государство сразу закрепило за участниками СВО статус ветеранов боевых действий, создав единый орган координации — государственный фонд «Защитники Отечества».
Психологическая помощь ветеранам Афганистана практически отсутствовала, что привело к тяжелому «афганскому синдрому», росту криминализации и алкоголизации среды в 90-е годы. В текущей модели психологическое сопровождение и протезирование заявляются как приоритеты с первых дней возвращения бойцов.
Государство учло, что пассионарную энергию ветеранов нельзя оставлять без применения. Вместо стихийного ухода в охранные структуры или криминал (как в 90-е), ветеранам СВО предлагают программы переобучения, квоты в вузах и управленческие должности.
В России параллельно действуют несколько ветеранских организаций. Не превращается ли это разнообразие в конкуренцию за ресурсы и внимание?
Наличие нескольких организаций позволяет государству и обществу «закрывать» специфические запросы разных поколений и категорий ветеранов, которые практически не пересекаются между собой.
Вместо жесткой конкуренции за ресурсы сейчас выстраивается модель взаимного дополнения. Ни один государственный фонд, даже с огромным бюджетом, не имеет такой разветвленной сети «на земле», как общественные организации, создававшиеся десятилетиями.
Каждая группа ветеранов получает поддержку от тех, кто лучше понимает их специфику и возрастные потребности.
Президент неоднократно подчёркивал, что далеко не все ветераны видят себя на государственной службе, и важно отбирать тех, кто действительно склонен к такой деятельности. Как, на Ваш взгляд, найти баланс между признанием боевых заслуг и оценкой управленческих компетенций? Можно ли опыт командования на фронте считать достаточной основой для работы в гражданской администрации или здесь нужны дополнительные критерии?
Поиск баланса между признанием боевых заслуг и оценкой управленческих компетенций-это одна из самых сложных задач кадровой политики. Опыт командования на фронте нельзя автоматически считать достаточным основанием для работы в гражданской администрации, хотя он и служит мощнейшим фундаментом. Для успешного перехода ветеранов на госслужбу необходимы дополнительные, строго гражданские критерии отбора и переобучение.
На фронте действует единоначалие: приказ беспрекословен и должен выполняться мгновенно. В гражданской администрации чиновник сталкивается со сложной системой сдержек и противовесов, необходимостью вести переговоры с бизнесом, общественными активистами, подрядчиками и согласовывать решения с множеством ведомств.
В бою цена ошибки-жизнь, что требует жестких, волевых и быстрых решений. В министерском кресле цена ошибки-системный кризис, срыв нацпроектов или юридические последствия, что требует вдумчивой бумажной работы, знания законов и готовности к рутине.
На фронте решения принимаются мгновенно, в госслужбе — неделями и месяцами. Ветераны привыкли к другой скорости и другой ответственности. Если они придут во власть, станет ли это толчком к реформе бюрократической системы? Какой исход, на Ваш взгляд, вероятнее и почему?
Ветераны сформируют новый слой чиновников, которые будут действовать решительнее и быстрее, но строго в рамках существующих правил. Сама бюрократическая структура сохранит свою основу, однако получит приток исполнительности и дисциплины.
Глубина изменений будет напрямую зависеть от двух факторов: массовости назначений и готовности высшего руководства поддерживать их инициативы вопреки сопротивлению аппарата.
Время покажет, насколько жизнеспособным окажется этот синтез двух разных управленческих культур.
